Четвертый сезон врывается с той же жестокостью, с какой закончился третий: Джона вытаскивают с трассы под пулями, Кейси раскидывает наемников в офисе, а Бет выбирается из горящего здания с ожогами, которые запомнятся надолго. Ранчо принимает удар – Тейт впервые в жизни жмет на спуск, защищая мать, а Рип возвращается домой, чтобы найти лишь пепелище. Выжившие, искалеченные, они собирают себя по кускам, и этот медленный процесс зализывания ран становится главным нервом сезона.
Флешбек в 1893 год вносит в историю дополнительный слой: Джеймс Даттон встречает вождя племени на земле, которую только что купил, и дает разрешение на ритуал. Это напоминание, что корни империи всегда были замешаны на компромиссах, а не только на крови. В настоящем Бет, навестив отца в больнице, сталкивается с мальчиком, чей отец умирает от передозировки, – момент, который на секунду вырывает её из круга собственной боли. Рейнуотер находит нить заговора через хвастливого посетителя казино, а Бет нависает над Джейми с обвинением и угрозой, понимая, что война теперь ведется на уничтожение. Рип вручает Рорку «подарок» от Джона – и в этом жесте больше смысла, чем в любом слове.